Оливер и Двенадцать месяцев

Разворот 2

Не успел Оливер и рта раскрыть, как солнце пропало и хлынул весенний дождь — прямо на праздничный стол. Пироги размокли, самовар доверху наполнился дождевой водой.

— Это всё Апрель! — крикнул Январь.

— Я? Это Июль своё солнце не удержал! — обиделся Апрель.

— Тише! — сказал Март. — Декабрь пропал. Без него старый год не кончится. Если в полночь он не сядет к костру, Новый год не придёт совсем.

— А мы встать не можем, — вздохнул Июль. — Сдвинемся с места — всё перепутается ещё сильнее.

И все месяцы посмотрели на Оливера.

Разворот 4

Ветер вёл Оливера через лес, пока он не вышел к высокой снежной горке. На самом верху, у берёзы, лежало старое корыто — гладкое, тёмное, совсем как санки.

— Вот это повезло! — Оливер уселся в корыто, оттолкнулся и полетел вниз.

Ж-ж-ж! Снег свистел, ветер пел в зонтике…

И на середине горки наступила весна.

Горка мигом раскисла. Корыто въехало в огромную лужу — плюх! — и Оливера окатило с ног до головы.

— Ну и горка! — фыркнул он и вытер мокрый нос.

Но корыто не утонуло. Корыто поплыло.

Разворот 8

И тут опять сменилось время года. Наступило лето — жаркое, душное, прямо посреди ночи.

Медведь в своей шубе запыхтел, как самовар. Оливеру тоже стало жарко, будто он сидел на печке.

Зато на кусте у берлоги вдруг поспела малина — крупная, красная, сладкая.

Оливер перевернул зонтик из осенних листьев, набрал в него полную миску малины и поставил перед медведем.

— Угощайся!

Медведь понюхал. Съел ягодку. Съел все ягоды. И облизал зонтик.

— Ладно, — сказал он и подобрел. — Забирай свои шары. А Декабрь твой ушёл вон туда, на высокую скалу. Сидит там и дуется.